Я с детства люблю животных, особенно лошадей и собак. Для девочки, выросшей в крупном промышленном городе, это нетипично. Лошадей на улицах Челябинска я видела очень редко, книг о лошадях, как и о собаках, в то время было мало, фильмов тоже.

Юная Аня Ефанова в «мире лошадей»
Фото из архива автора

Но я всей душой тянулась к этим прекрасным животным. Хотя если собаку-дворняжку я сумела вырастить из маленького щенка, то с лошадьми встреч не предвиделось, тем более с породистыми.

Однако, уехав после окончания 8-го класса из Челябинска в небольшой областной город Троицк, я получила реальную возможность освоить профессию, связанную с животными. В Троицке имелось аж два таких заведения: знаменитый ветеринарный институт и зооветеринарный техникум. Этим заведениям было тогда по 50 лет со дня основания, они славились прекрасным преподавательским составом и хорошей учебной базой. Я поступила в зооветеринарный техникум. Быть зоотехником или ветврачом? Выбрала всё-таки профессию ветврача (ветеринарного фельдшера).

В техникуме был такой предмет — животноводство, в нем — раздел коневодство. Преподаватель — Василий Семенович Дружков, помню отлично и его, и его выражения, например: «У коровы молоко на языке», «От плохого семени не жди доброго племени» и другие поговорки и пословицы о животноводстве. У зоотехников был другой преподаватель — Юрий Владимирович Будимиров, очень скромный и интеллигентный, с простым русским лицом. Именно он повел по собственной инициативе всех желающих на экскурсию на Троицкий ипподром, в конюшню ипподрома. Как ни странно, на экскурсию собрались одни девочки, большинство — первокурсники техникума с разных отделений. Помню, как мы шли через весь город на ипподром, прошли контору с надписью «Госконюшня» (офис по нынешнему понятию). Сам ипподром располагался в степи за городом.

И вот мы попали в другую страну, в мир лошадей. Там царили лошади, наездники, конюхи, кругом были уздечки, недоуздки, хомуты, седла, качалки и прочая утварь. Всё необычное и интересное.

И с той поры я с двумя однокурсницами стала бывать на ипподроме. Утром бегом добиралась от своего общежития до ипподрома. Мои товарищи ехали на ипподром в городском автобусе, а я бежала — туда и обратно. На ипподроме нам иногда доверяли чистить и прогуливать лошадей. В первый раз я с помощью конюха села верхом на старого серого мерина Муллу без седла. Мулла медленно пошел вперед, а я просто сползла с его спины, не сумев удержаться. Этот конфуз никто не заметил, потому что конюх, посадив меня на лошадь, сразу ушел, и никто мне не помогал и тем более не переживал.

Постепенно я научилась «шагать лошадь», то есть ехать верхом на лошади, которая шла шагом по большому кругу ипподрома. Также потихоньку училась запрягать лошадь, сидеть в качалке, управлять вожжами бегущей по кругу рысистой лошадью. Правда, наездники очень редко разрешали ездить на лошадях. Чистить лошадей и смотреть за работой конюхов и наездников в основном только изредка доводилось. Нас, юных любительниц лошадей, понимал и сочувствовал нам только наездник Александр Шадымов. Остальные конюхи на нас не обращали внимания, а то и прогоняли из конюшни. Лишь Александр изредка давал нам лошадей. Ему самому было немногим больше 20 лет. Чаще всего я получала от него «шагать» вороную кобылу Заграду. Год назад я случайно увидела в социальной сети ВКонтакте поздравления наездника Шадымова с 70-летием. На одной из фотографий на его страничке Александр держит лошадь под уздцы. Любовь к лошадям остается на годы...

Помню, какой восторг я испытала, сидя в качалке, глядя на мелькающие перед собой ноги запряженного в качалку, быстро бегущего по кругу рысака с развевающейся гривой! Скорость, азарт! Вожжи в моих руках. Ветер в лицо!

Мы, будущие ветеринары, изучали только строение лошади: скелет, анатомию внутренних органов, а также болезни лошадей, расчистку копыт; немного о ковке давали знания, о подковах; запрягать лошадь немножко нас учили. Зоотехники же коневодство изучали подробнее, особенно в институте. Мы же чаще изучали всё на крупном рогатом скоте, то есть на коровах. Хотя огромный скелет лошади стоял у нас как наглядное пособие, как и скелет коровы, и отдельные кости этих животных мы изучали довольно долго. На практике в совхозах и учхозе изредка удавалось ездить верхом на лошади, но чаще в телеге. Падала я два раза с бегущей на всем скаку лошади. Отделалась легко, даже сильных ушибов не было. И главное — я ничего не боялась. Была отчаянной, как мальчишка.

Очень жалко, что лошади и коневодство ныне не очень популярны. Правда, почти умерший Троицкий ипподром возрождается. Последние два года в Троицке проводятся конноспортивные мероприятия (бега и скачки).

Лошадь не должна потерять своего значения в наш век машин и технического прогресса. Это умное, чуткое, благородное животное, общение с которым лечит душу. Конный спорт — дорогое сейчас удовольствие и не всем доступно. Но хотя бы посмотреть на живых лошадей, покормить их морковкой с руки — для человека это радость и отдых для души. Я добилась возможности в юности сесть на лошадь, общаться с ней и помню свои яркие ощущения. Лошадь — прекрасное создание природы, даже просто смотреть на нее хочется, а ощутить ее живое тепло — это счастье.

Анна ЕФАНОВА, г. Челябинск