Я часто думаю, чем мне больше всего нравится заниматься? Таких занятий довольно много, но в конечном итоге всё сводится к самым главным, к трем глаголам: читать, думать и писать — в любой последовательности.
Люблю читать. Люблю думать о том, о чем люблю читать. Люблю писать о том, о чем люблю думать. Наверное, те люди, которые более-менее постоянно читают мои сообщения, заметили, что почти всегда я ссылаюсь на книги, прочитанные мною только что или несколько лет назад, иногда совсем давно — в школьные годы. Я до сих пор стараюсь ежедневно что-то читать, как по своей работе, так и помимо нее. Покупаю много книг, в последнее время чаще электронные, чем бумажные, которые уже некуда ставить. Лишь о некоторых из них, с моей точки зрения, самых важных и полезных, рассказываю на страницах «ФиС», полагая, что сумею заинтересовать кого-то из читателей. В нынешнем сообщении я тоже упомяну некоторые книги, но очень бегло. В основном хотелось бы написать про другое.
Я начала писать текст для этого номера в конце декабря 2023 года — в дни, когда принято подводить итоги уходящего года и на их основе строить планы на будущее. А выйдет номер в начале февраля, как раз тогда, когда я, как говорится, разменяю восьмой десяток — мне исполнится 70 лет. Когда 10 лет назад мне исполнилось 60, я написала, что возраст свой не скрываю, он мне не мешает, мы с ним существуем независимо друг от друга. За это десятилетие ничего не изменилось, ни мое мироощущение, ни мое самочувствие — однозначно мне не стало хуже, а в чем-то даже лучше.
Десять лет назад в ознаменование своего 60-летия я решила освоить новый вид физической активности — катание на коньках, раньше я никогда этим не занималась. Каток был (и сейчас есть) прямо у меня под окнами, на дворовой детской площадке, мне по моему намеку подарили коньки — и я вышла на лед. Сначала поехала неуверенно, упав раза два-три, но потом втянулась, и мне очень понравилось кататься на коньках. Когда лед по весне растаял, перешла на ролики, и это занятие тоже стало для меня новым и приятным. О своих упражнениях с коньками и роликами я писала в № 9 «ФиС» за 2014 год. Уже после отправки того текста в редакцию я несколько раз съездила в Парк Победы на Поклонной горе, где с удовольствием прокатилась по прекрасным асфальтовым дорогам среди десятков роллеров разного уровня подготовки. И убедилась, что катаюсь ничуть не хуже большинства, судя по своим ощущениям и полученным комплиментам. С тех пор и коньки, и ролики остаются со мной, жаль, что получается их использовать не так часто, как хотелось бы.
А недавно я стала думать, что бы такое новое физкультурное освоить в честь своего 70-летия. Чтобы оно было доступно и по силам, и по времени, и по деньгам. Долго размышлять не пришлось — во дворе нашего дома, рядом с катком, летом отремонтировали детскую площадку и в придачу к ней установили разнообразные тренажеры для взрослых — беговую дорожку и пять силовых. Несколько дней поглядывала на них из окна и вдруг поняла, что вот же оно, то новое, что мне надо! Я никогда не занималась на подобных тренажерах, думая, что это только для посетителей спортзалов, причем за приличные деньги. А я предпочитаю физическую активность на улице или в лесу, в одиночку, да и деньгам могу найти другое применение. И вдруг возникли тренажеры на улице, совершенно бесплатно! Большого числа занимающихся на них я не заметила, поэтому поняла, что могу спокойно попробовать. Освоила несколько тренажеров, кое-какие впечатления уже получила, но это — тема для следующих номеров. Пока напишу только, что ничего плохого со мной не произошло.
Вернусь к 2024 году — он юбилейный не только для меня. Через несколько месяцев исполняется 80 лет со дня выхода приказа о создании института, в котором я работаю более сорока лет — с 1981 года. Впрочем, это не совсем тот самый институт, у него весьма непростая история. В 1944 году (подчеркну, еще шла война!) был создан Институт леса Академии наук СССР, в котором сформировался уникальный коллектив с ведущими специалистами того времени по многим естественно-научным дисциплинам. Но в 1958 году вышел приказ о переводе института в Красноярск: как решил тогдашний глава государства Н.С. Хрущев, раз большая часть лесов СССР сосредоточена в Сибири, пусть там и работают. Часть сотрудников Института леса, среди них и мой отец, перебрались в Красноярск, кто-то охотно, а кто-то совсем наоборот. Отец, например, через два года вернулся назад к нам, своей семье — мы по разным причинам откладывали и откладывали переезд в Красноярск, да так и не переехали. А в Москве (точнее, в Московской области) из остатков сотрудников Института леса, не поехавших в Красноярск, была создана Лаборатория лесоведения Академии наук СССР, преобразованная в 1991 году в Институт лесоведения Российской академии наук, как он до сих пор и называется. Вот так с 1944 года ведут отсчет два института, словно разлученные близнецы: мы здесь, а наши коллеги — в Красноярске.
За эти 80 лет произошло много драматических событий в истории и Института леса, и его последователей — нашего и красноярского институтов, как я написала выше, но это не тема для «ФиС». Добавлю лишь, что в октябре 2024 года наш институт проводит юбилейную конференцию с приглашением участников из разных научных учреждений и вузов, российских и зарубежных. А мне помимо участия в конференции поручено подготовить к выходу в свет юбилейный номер академического журнала «Лесоведение» со статьями сотрудников Института лесоведения, включая меня. В редколлегии этого журнала я состою более 16 лет, сначала как ответственный секретарь, а последние три года — как заместитель главного редактора.
Обо всем этом я пишу не ради хвастовства — особенно и нечем-то хвастаться. Катание на коньках и роликах, а также скандинавская ходьба круглый год, плавание летом в реке независимо от погоды — еще куда ни шло, можно немного и похвалиться, так как далеко не все люди моего возраста хотят и могут этим заниматься. А работа в журнале — бесплатная, на общественных началах, но отнимающая много времени и нервов. Пишу о ней лишь потому, чтобы подчеркнуть, как важно сохранять дух и тело в бодром состоянии, чтобы не сдаваться возрасту. Работа в науке весьма способствует удержанию интеллекта в тонусе, но без добавления физической активности результаты будут хуже.
Новые задачи, поиски новых способов их решения в сочетании с разнообразной физической активностью лежат, по-моему, в основе саногенного мышления — детища известного психолога Юрия Михайловича Орлова, о котором я рассказывала в № 9 «ФиС» за 2011 год. Сам Орлов писал так: «Саногенное мышление — мудрость в достижении благополучия и здоровья».
Сейчас я собралась было написать о саногенном мышлении, но перечитала свой текст от 2011 года и увидела, что там уже написано как раз то, о чем я хотела написать сейчас. Даже про свою работу я рассказала в том же номере «ФиС»! Не хочется повторяться, хотя вряд ли читатели со стажем помнят то, о чем я говорила 13 лет назад. Но всё-таки повторюсь и еще раз напишу, что одной из самых значимых черт саногенного мышления Ю.М. Орлов считал влияние общего кругозора и внутренней культуры человека, способность избавиться от гнета распространенных в обществе стереотипов, умение мыслить самостоятельно. За прошедшие 12 с лишним лет актуальность этих слов стала для меня еще очевиднее.
Поэтому я напишу про то же, но немного иначе. Поясню выражение «прогулка со смыслом», помещенное в заголовок. Его я встретила в книге психолога и педагога Елены Агафоновой «Пазл реальности: 30-дневный практический курс для перемен к лучшему» (2022), которую сейчас читаю. Эта книга состоит из нескольких частей, которые знакомят читателей с различными способами преодоления тех или иных психологических проблем, мешающих их обладателю чувствовать себя лучше.
Одна из глав этой книги называется: «Гулять — так со смыслом». В самом ее начале Елена пишет: «Люди, переезжающие сегодня всё чаще за город, поближе к рекам, лесам, озерам, замечают, как их жизнь становится более размеренной, гармоничной, наполненной смыслом. Даже в отпуске, самом коротком, на берегу моря, в горах, там, где мы ощущаем большую связь с природой, чем обычно, каждый из нас чувствует себя более счастливым и наполненным чем-то настоящим — может быть, настоящей жизнью?»
И далее совет, как именно должна проходить прогулка со смыслом: «Главный момент в этой практике — найти место, которое поможет вам соединиться с природой. Можно найти приятный, сохранивший свой первозданный вид кусочек парка, сквера, поймы реки. Найдите это место и для начала просто пройдитесь, стараясь внутренне соединиться с этим местом. Смотрите, слушайте, вдыхайте, трогайте. Задействуйте все органы чувств, чтобы стать с этим местом одним целым. Иногда интересно понаблюдать за гусеницей, бабочкой или муравьями. Можно послушать, как деревья шумят листвой, как гудит ветер. Все эти ощущения соединяют вас с происходящим здесь и сейчас, внутри и снаружи одновременно».
Я с большим удовлетворением прочитала эту рекомендацию Елены Агафоновой. Она советует выделять на прогулку со смыслом не менее 40 минут. А я вот так — со смыслом, сливаясь с природой, гуляю много лет, и не по 40 минут, а гораздо дольше, и не столько в парке, сколько в лесу!
За гусеницами и ростом листвы я наблюдаю постоянно, и не столько для удовольствия, сколько по профессиональной необходимости, собирая материалы для научных статей и монографий. Но попутно вижу и слышу многое другое, что попадается на пути. Это могут быть красивые цветы, которых еще вчера не было видно, а сегодня их целая поляна, и нежный аромат окутывает меня облаком, пока я не уйду далеко от нее. Или в кустах раздался шорох, треск сучьев — это пронеслось стадо косуль, испугавшихся меня. А когда иду вдоль берега реки, то иногда вижу, как пролетает цапля с рыбиной, зажатой в клюве. Или пара воронов кружит высоко в небе. Или где-то вдалеке заскрипит коростель. И как же красив осенний лес, когда все деревья окрашены в самые разные оттенки, от темно-красного до ярко-желтого… Можно бесконечно продолжать, но остановлюсь.
Далеко не всегда такие прогулки — удовольствие, когда хочешь — идешь, не хочешь — не идешь. Работать в лесу приходится в самых разных условиях. В жару надо быть в плотной одежде из-за полчищ мошкары, комаров и клещей, постоянно опрыскивать себя репеллентами. Ногам лучше быть в сапогах — из-за змей. Поздней осенью иногда приходится по нескольку часов на холоде стоять возле деревьев, чтобы сосчитать бабочек, прилипших к специальным клеевым кольцам на стволах (см. фото). Одно дело — пройтись быстрым шагом по морозцу себе в удовольствие и совсем другое — стоять на одном месте по часу-полтора, выковыривая бабочек пинцетом из клеевых колец и собирая их в баночку, чтобы потом взвешивать дома — занятие, прямо скажем, не очень.
Обычно я хожу в лес с фотоаппаратом, чтобы запечатлеть что-то интересное или красивое. А иногда для развлечения пристраиваю фотоаппарат где-нибудь в устойчивом месте, устанавливаю его на автоспуск и снимаю сама себя рядом с этим самым красивым или интересным. Обе фотографии, которые я решила сегодня добавить как иллюстрации к тексту, сделаны именно так. Фото возле клеевого кольца на стволе дуба я несколько раз использовала в своих презентациях на научных конференциях. А на другом снимке виден живописный пень, оставшийся от огромного дерева, которому было не менее 250 лет. Я не могла пройти мимо и сфотографировала сначала сам пень, а потом и себя возле него. В такие минуты слияние с природой чувствуется особенно остро.
Конечно, мне очень повезло, что вся моя жизнь так или иначе связана с лесом, и не надо специально устраивать себе прогулки со смыслом. Но я уверена, что они доступны любому человеку, лишь бы он захотел их себе позволить. И от души желаю, чтобы это захотелось как можно большему числу людей — тогда мир стал бы добрее...
Ирина УТКИНА, кандидат биологических наук