Печать
2018 г.
№ 7
Просмотров: 271

Спорт и личность

Екатерина Скудина:
«От яхтинга мне никуда не уйти»

 

2018 7 batВизитная карточка

Екатерина Скудина, парусный спорт

Родилась в 1981 году в г. Долгопрудный Московской области. Кандидат экономических наук.
Чемпионка мира 1998 года в классе «Снайп».
Двукратная чемпионка Европы (в 2007 году победила в классе «Инглинг», в 2010 году — в классе «Эллиот 6», или в матч-рейсе).
Участвовала в трех Олимпиадах: в Афинах была 8-й, в Пекине — 6-й, на Олимпиаде-2012 в Лондоне заняла 4-е место в матч-рейсе.
Многократная чемпионка России. Трижды побеждала на этапах Кубка мира. Выигрывала регаты 1-го грейда.
В течение четырех лет (с 2009 по 2012 год) удостаивалась звания «Лучшая яхтсменка России».

Превращение в бизнес-леди...

Несколько лет назад Екатерина Скудина сказала мне: «Яхтинг — это большая часть моей жизни, и мне никуда от него не уйти. Я, конечно же, останусь в этом мире, хотя и не знаю пока, в каком качестве».

И она осталась, учредив вскоре после Олимпиады в Лондоне компанию PROyachting на базе лучшего яхт-клуба Москвы Royal Yacht Club.

 

Изначально компания располагала флотом из 10 парусных яхт Beneteau Platu 25, а к 2018 году открыла два новых подразделения — в подмосковном яхт-клубе «Галс» и на курорте «Имеретинский» в Сочи. Теперь флот PROyachting суммарно насчитывает 30 яхт: десять яхт J70 — в Royal Yacht Club, десять яхт GP 26 — в «Имеретинском» и 10 яхт Beneteau Platu 25, с которых всё начиналось, — в «Галсе». Все яхты отлично подходят как для начинающих, так и для опытных яхтсменов. На них проходят еженедельные любительские гонки для всех желающих и регаты для корпоративных команд, а в парусной школе проводятся занятия для яхтсменов самого разного уровня — от новичков до мастеров.

...Сегодня Екатерина Скудина завоевывает новые позиции в загадочном для многих из нас мире яхтинга. Мне же хочется познакомить читателей с тем, что этому предшествовало.

Яхты приплывали к ней во сне...

Екатерина Скудина с десяти лет занимается парусным спортом.

— Днем я тренировалась, — рассказывает она, — а ночью мне снилось, как на маленькой яхте я хожу по коридорам своей квартиры.

А вот ее родители были далеки от парусного спорта.

— Мой отец, — говорит Катя, — работал в Госснабе. Его мысли были заняты проблемами черной металлургии. Мама же трудилась сначала в Министерстве станкостроительной промышленности, а потом перешла в Минтяжмаш. Своих родителей я видела либо рано утром, либо поздно вечером, потому большую часть времени проводила с бабушкой. Когда мне было десять лет, отец получил квартиру в Москве. Переезжать туда я не захотела (так как уже занималась яхтингом), решила остаться с бабушкой. Мама пыталась меня уговорить, но отец пошел навстречу. «Хорошо, — сказал он, — пусть Катя пока остается в Долгопрудном. А там видно будет».

— Вы были единственным ребенком в семье?

— У меня два брата (у мамы и папы — по сыну от первых браков). Они намного старше меня, но у нас очень близкие отношения, поэтому могу сказать, что у меня — большая и дружная семья...

Детство Кати прошло во времена перестройки, когда все жили в тревожном ожидании: какое будущее ожидает нашу страну? И может быть, яхты, приплывавшие к девочке в ее снах, были для нее компенсацией за недостаток радостных эмоций.

— А что вам снится сегодня?

— Мои сны — продолжение моих размышлений. Иногда никак не можешь найти нужное решение, и вдруг ночью, во сне, оно приходит к тебе.

— Вы можете вспомнить хотя бы один такой случай?

— Пожалуйста. В 2010 году я оказалась перед трудным выбором. Я чувствовала, что моего азарта, моей энергии недостаточно для того, чтобы постоянно стимулировать и воодушевлять мой экипаж. Когда делаешь это изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год, то накапливается усталость. И она стала так одолевать меня, что я даже начала подумывать о том, чтобы закончить с олимпийским яхтингом.

Но кто сможет взять на себя мои заботы? Я не могла найти ответа на этот вопрос. Но однажды мне приснилась знаменитая греческая яхтсменка София Бекатору, олимпийская чемпионка Афин и бронзовый призер Пекина, завершившая тогда свою спортивную карьеру. Я знала, что у Софии фантастическая сила воли, что ее никогда не покидает желание совершенствоваться. Увидев ее во сне, поняла, что это и есть мое решение. Я пригласила Софию, она приняла мое предложение и с октября 2011 года по август 2012 года была нашим тренером.

«У моей мамы свои переживания, у меня — свои»

— Вы окончили школу с золотой медалью, университет «СТАНКИН» с красным дипломом, а затем еще и аспирантуру, став кандидатом наук. Наверное, вы дни и ночи тратили на учебу.

— Нет, «ботаником» я не была. Я жила в очень высоком темпе, так как мне постоянно нужно было бежать то на тренировки, то по делам. Но мне всё легко давалось, уроки же обычно успевала сделать на переменках.

Отец с раннего детства внушал мне, что я должна быть образованным человеком. «Катя, — говорил он, — сейчас всё идет к платному обучению. Только самые умные смогут учиться бесплатно, мы же с мамой не знаем, как сложится наша жизнь, хватит ли у нас средств, чтобы дать тебе высшее образование. Поэтому ты должна хорошо учиться и сама заботиться о себе».

Спортом я начала заниматься благодаря отцу. Мама была категорически против, она надеялась, что я буду играть на фортепиано или петь, как все «хорошие девочки». А отец сразу же меня поддержал. «Яхтинг, — сказал он, — королевский вид спорта, и нам это подходит».

— А теперь-то мама не противится вашим занятиям?

— Она смирилась с моим увлечением. Правда, ее очень волнует то, что времени на личную жизнь у меня почти нет. Что я могу на это сказать? У мамы свои переживания, у меня — свои. Я давно выбрала свой путь и прекрасно знаю, что профессиональный спорт требует жертв. Если бы в России была выстроена система, полностью обеспечивающая подготовку яхтсменов к регатам высшего ранга, то моя жизнь, наверное, была бы чуть проще. Но мне приходится самой прокладывать этот путь, используя метод проб и ошибок.

— И что же помогает вам идти по этому пути?

— Целеустремленность и сила воли. К тому же у меня, видимо, неплохо развито аналитическое мышление, поэтому я чаще всего принимаю правильные решения. Общаясь с самыми разными людьми, довольно точно определяю, каковы их намерения, можно ли с ними иметь дело. Правда, порой бываю слишком категоричной, и это не может мне не мешать. Пойти на компромисс — для меня проблема. Но, как мне кажется, я всё же научилась адаптироваться и к людям, и к обстоятельствам.

В числе обязательных предметов —
маркетинг, а также аэро- и  гидродинамика…

— Значительную часть своей жизни вы проводите в ограниченном пространстве яхты. Не суживает ли это круг вашего общения?

— Нет, конечно. Чтобы организовать в России подготовку женского экипажа к олимпийским играм, нужно потратить бездну времени на хождения по министерствам и спонсорам и на встречи с разными специалистами.

Нужно учесть еще и то, что яхтинг — это не только спорт, это — огромный мир, в который вовлечены люди из самых разных социальных групп (в том числе крупные бизнесмены и даже представители королевских семей), фанатично отдающие ему всё свободное время. Чтобы заниматься яхтингом, нужно очень многое знать не только в парусном спорте, но и в маркетинге и в таких физических дисциплинах, как аэродинамика и гидродинамика.

— Несмотря на всё это, вы успели еще стать хорошим кулинаром…

— Мне нравится готовить. Это отвлекает меня, возвращая к женским занятиям. Люблю русскую еду, скучаю по ней. Когда долго нахожусь за границей, с удовольствием готовлю блюда русской кухни, это помогает мне ощутить себя чуть ближе к дому.

Ваш второй дом — яхта, а у каждой яхты, наверное, свой характер.

— Я иногда шучу, что яхта — это не лошадь. У лошади настроение по непонятным причинам может измениться, а вот яхта никогда не покажет мне всем своим видом, что сегодня, мол, она не хочет ничего делать.

— На Олимпиаде в Пекине вы выступали на яхте класса «Инглинг», а в Лондоне — класса «Эллиот 6», то есть в матч-рейсе. Почему вы перешли в другой класс?

— Во-первых, потому, что после 2008 года гонки флота на «Инглинге» вывели из олимпийской программы, введя в нее вместо них матчевые гонки на «Эллиоте». Для меня это был своего рода вызов, так как я выступала всегда в гонках флота, с матчевыми же гонками не была знакома.

Матчевые гонки очень популярны в мире, и именно в этом формате проводится самое престижное соревнование — Кубок Америки. Неудивительно, что мне захотелось освоить и этот вид.

Матчевые гонки — более интенсивные, напряженные и интересные, хоть и более короткие, чем те, в которых я выступала раньше. Кроме того, на мое решение повлиял еще один немаловажный фактор: лодки для матчевых гонок предоставляются организаторами. А это значит, что все гонщицы оказываются в одинаковых условиях (имеется в виду материальная часть). Не секрет, что в Англии, в Австралии и в Америке при создании яхт используются такие технологии, о которых мы можем только мечтать, поэтому по своим скоростным характеристикам лодки для спортсменок из этих стран существенно отличаются от тех, на которых приходится выступать нам. Так что для нас это был шанс получить в свое распоряжение такие же суда, как и у наших соперниц.  

— Когда вы сходите с яхты, вас, наверное, и на берегу продолжает качать?

— После 20 лет занятий уже не качает, а раньше такое случалось. Я была довольно слабым ребенком, часто болела, да и вестибулярный аппарат у меня не из лучших. Но всё тренируется, хотя какие-то проблемы остаются. Я, например, до сих пор боюсь воды.

Победа по подсказке интуиции

— Вы сказали, что у вас хорошо развито аналитическое мышление. Но не подавляет ли оно интуицию, чувство предвидения?

— Я этого не замечала. У меня иногда возникает ощущение, что сейчас нужно сделать то-то и то-то, хотя для этого вроде бы и нет логического обоснования. В таких случаях стараюсь прислушиваться к себе, доверяясь подсказкам интуиции.

— Вы можете привести пример такой подсказки?

— Да. Она помогла мне в 1998 году, на моем первом чемпионате мира, когда я выступала на «Снайпе». Мы шли очень плохо, где-то в третьей десятке. Ветер в это время полностью стих. На воде — никаких следов. Перед нами был гладкий залив, и нужно было решить, куда идти — либо влево, либо вправо. Большинство яхт двинулось в левую сторону. И только отдельные суда повернули вправо. Слева течение было послабее, значит, стоило пойти туда, однако внутреннее чувство подсказало мне, что нужно направить лодку в другую сторону. И именно оттуда пришел порыв ветра...

В тот момент, определивший исход гонки, мне нужно было прислушаться к своему внутреннему голосу, и я сумела это сделать. В итоге мы были на верхнем знаке третьими, а потом сумели обогнать еще две лодки и прийти к финишу первыми. Вот тогда-то я поняла: это мой чемпионат мира. И мы его выиграли.

Андрей БАТАШЕВ
Окончание следует