Печать
Просмотров: 522

Спорт и личность

Вера Звонарева о теннисе и о жизни

2014 6 beygОткрытый чемпионат Австралии 2014 года. Резкая перемена погоды и последующая сорокаградусная жара, покрытие, которое в этом году оказалось намного быстрее, чем в предыдущем сезоне... Но если все эти неожиданности больше касались игроков, то для любителей российского тенниса важнее была другая новость: в основной сетке выступала Вера Звонарева, возвратившаяся в профессиональный спорт после полуторагодичного перерыва. В 2010 году она поднялась на вторую строчку женского рейтинга WTA. В 2012 году из-за травмы плеча ей пришлось прервать свои выступления. О том, что для Веры значит теннис, чем она занималась эти полтора года и почему решила вернуться, мы побеседовали с ней на кортах Мельбурн парка.

— Вера, кто привел тебя в теннис?

— Наверное, это была идея моей мамы. Она сама бывшая спортсменка, играла в хоккей на траве. В то время в Советском Союзе теннис только стали показывать по телевизору, маме очень понравился этот вид спорта. Она отдала меня в секцию.

— Сколько тебе было лет?

— Около шести набрали двести ребятишек, но уже через год из них осталось, наверное, всего двадцать. У меня все очень удачно сложилось, я сразу попала в хорошие руки. В то же время я ходила в школу, как все нормальные дети, тренировалась по вечерам. Сначала — три раза в неделю, потом, когда стала постарше, каждый день, иногда по два раза. Но школу я закончила, как обычная ученица, первые девять классов присутствовала практически на всех занятиях. Потом пришлось корректировать график, стала больше ездить по турнирам.

— Есть такое мнение, что многие теннисисты рано бросают школу. Ты прямо наглядный пример того, что это неправда.

— По-моему, это всемирная тенденция. Учеба приносится в жертву ради спорта. Мне кажется, что это неправильно. Для детей важно общение, коллектив, соревнование между собой. А если с ребенком сразу работают индивидуально с раннего возраста, к шестнадцати годам, когда нужно только начинать тренироваться больше, у него уже нет ни желания, ни сил работать.

— Когда ты начала заниматься, тебе нравился теннис?

— Да, очень, было интересно, потому что тренировки строились в виде игры. Индивидуальные занятия давались мне тяжело, а вот в группе было намного легче. Обычно нас было на корте человек восемь.

— И с возрастом отношение к тому, чем ты занимаешься, не поменялось? Тебе по-прежнему нравится играть? Или это стало работой, и ты не задумываешься о том, нравится тебе или нет?

— Я думаю, и то, и другое. Мне нравится играть, но это рабочий процесс. Как в любом другом деле, когда ты хочешь быть одним из лучших, ты получаешь удовольствие от того, что достиг результата. Но сам процесс не всегда идеален, есть какие-то взлеты и падения, и иногда кажется, что ты просто ненавидишь этот теннис. Но проходит время, и понимаешь, что опять хочешь выйти на корт.

– Что тебе помогает справляться в такие тяжелые моменты? Как ты отвлекаешься? Как находишь новый стимул идти вперед?

— Наверное, я всегда старалась не зацикливаться на одном теннисе. В сложные моменты моей карьеры, например, когда у меня были травмы, я переключалась на что-то еще. Так, для меня всегда была важна учеба, она дает мне возможность заниматься чем-то другим. Во время моей последней травмы было то же самое.

— Здорово! А что ты изучала?

— Из-за травмы я пропустила в общей сложности почти два года. У меня уже было первое образование, которое я получила в институте физкультуры. Хотелось попробовать себя в другой сфере. Поэтому я пошла в Дипломатическую академию и изучала международные экономические отношения. Мне было очень интересно. Ты знаешь, я даже не смотрела теннис по телевизору. У меня просто не было времени. Посещала лекции, сдавала экзамены, писала диплом… Думаю, что это очень помогает. Я получила огромный опыт. Одно дело — теннисная жизнь, она непростая, но есть и совсем другая жизнь. Это время дало мне возможность лучше понять себя, понять, что я занимаюсь любимым делом. Это дополнительная мотивация, чтобы опять играть.

— То есть это стало стимулом к возвращению?

— У меня случалось несколько травм на протяжении карьеры. Была операция на голеностопе, когда восстановление заняло полгода. Но в этот раз перерыв был намного дольше. Почему решила опять выйти на корт? Я добилась в спорте каких-то достаточно высоких результатов. Те ощущения, которые появляются, когда ты посвятил одному делу двадцать лет, у тебя что-то получилось, и люди это осознают и признают, — они очень важны. Когда дети подходят и берут автограф… Я не могу получить это, не играя в теннис. К сожалению, пока ни в какой другой сфере жизни не добилась того же, чего смогла достичь в теннисе. Я думаю, что эти ощущения и были той главной мотивацией, которая помогает мне вернуться. — Расскажи немного о твоей травме. Это же была травма плеча, да?

— Да, совершенно верно. У меня была достаточно сложная операция. Само решение сделать ее было непростым, потому что очень многие игроки после подобной операции заканчивали выступления, но у меня не было выбора. Даже для того, чтобы в будущем я могла просто в свое удовольствие заниматься спортом и играть в теннис, я пошла на этот шаг. А потом уже в какой-то момент стала скучать и поняла, что хочу еще раз вернуться, чувствовала, что возможно еще не полностью раскрыла свой потенциал. И, конечно, в этот момент мне очень помогли письма болельщиков, тех людей, которые следили за моей карьерой, желали моего возвращения. Было очень приятно, наверное, эта поддержка была еще одним очень важным фактором, который двигал мной. Посмотрим, что удастся, а что нет…

— Главное, чтобы здоровье было.

— Да, конечно, хотя для спортсменов операции — часть карьеры, но все равно это очень тяжелый этап. В каком-то смысле для меня даже интересно, каково это — возвращаться. Это опыт, и я с удовольствием поделюсь им с другими спортсменами, надеюсь, им это поможет. — Эти полтора года ты жила жизнью обычного человека?

— Ну, не совсем. С одной стороны, моя жизнь была обычной, а с другой — не очень, потому что столько внимания, сколько я уделяла реабилитации, наверное, мало кто уделяет. После двух месяцев уже могла выполнять основные движения, достаточные для повседневной жизни. Я думаю, что многие на этом этапе уже бы все и забросили. Для обычного человека этого вполне достаточно, но для профессионального спортсмена это ничего. Поэтому весь процесс занял у меня около года. Ежедневно, несмотря ни на что, нужно было посещать физиотерапевта, делать процедуры, упражнения, все это по пять-шесть часов в день. Кроме того, я, естественно, еще и училась. Самым сложным оказался трехмесячный период, когда улучшений не было. Вроде все делаю, а процесс не сдвигается. И вот в этот момент заставить себя продолжать, не махнуть рукой и не сдаться, вытерпеть — это было сложно.

— Наверное, такое терпение и упорство, вера в то, что ты делаешь, — одна из твоих главных черт, которая тебе помогает и на корте, как ты думаешь? Независимо от того, получается или нет, ты идешь вперед и, благодаря этому, преодолеваешь сложные моменты.

— Да, наверное, был какой-то этап в моей карьере, который придал мне уверенности. Были несколько матчей, которые полностью перевернули мое понимание игры.

— А какие это были матчи?

— Самый первый матч против Серены Уильямс, когда я играла с ней на Ролан Гарросе в четвертом круге. Выиграла у нее сет, хотя в итоге все-таки проиграла. Позже, когда возвращалась после травм кисти и голеностопа, на турнире в Дохе я выиграла несколько матчей подряд, проигрывая сет и уступая во втором. Каким-то чудом смогла переломить ход этих поединков. После этого мое восприятие тенниса стало совсем другим. Я не знаю, что конкретно произошло, но эти матчи очень сильно повлияли на мою карьеру и придали какую-то внутреннюю уверенность, которая с тех пор меня никогда не покидала. Ты можешь выигрывать или проигрывать, но, несмотря ни на что, есть внутреннее понимание того, что ты все равно через это пройдешь и станешь лучше.

— Ты знаешь, мне запомнились матчи, которые ты играла на чемпионате WTA, как раз перед тем, как тебе пришлось сделать перерыв из-за травмы. Я тогда обратила внимание, что ты очень здорово играла, намного активнее, чем раньше, на меня это произвело впечатление. Ты как-то совсем по-другому смотрелась на корте.

— Да, это было уже перед самой травмой. Теннис — очень интересная игра. Научиться бороться — это одно, а вот научиться выигрывать — совсем другое. Мне кажется, что это понимание у меня появилось после того, как я наиграла какое-то определенное количество матчей на центральных кортах. До этого было тяжело, потому что совсем разные ощущения, когда ты проводишь первые круги турнира на обычном корте, и когда ты выходишь на важнейшие матчи на большом стадионе. Именно опыт таких матчей против очень сильных соперников, когда проходишь через все это и выигрываешь, помогает потом побеждать и тогда, когда ты не играешь в свой лучший теннис. Он учит принимать правильные решения и быть смелее в важные моменты. Можно сказать, что я стала больше доверять себе. И это мне очень помогало в последние несколько лет.

— Наверное, это касается не только тенниса, но и обычной жизни. Вера, а если представить себе, что по какой-либо причине ты не играла бы в теннис, кем ты себя видишь?

— Ты знаешь, это очень сложный вопрос. Видимо, поэтому я и пошла учиться, чтобы лучше понять, что мне интересно. Но в любом случае точно могу сказать, что теннис научил меня самодисциплине, и я надеюсь, что это поможет мне в любом деле. Кроме этого, я ощущаю себя «гражданином мира», потому что, опять-таки благодаря теннису, я объездила весь земной шар и пообщалась с людьми из самых разных стран. Тоже очень интересный опыт, который наталкивает на мысль попробовать себя в международных отношениях. Это как раз то, что мне интересно и что я изучала. Именно теннис дал мне такую возможность, и я сейчас говорю не только о профессиональном, но и о юниорском теннисе. Даже в достаточно раннем возрасте мы ездили в разные страны и, по сравнению со своими сверстниками, имели намного больший жизненный опыт. В этом наше преимущество.

— Я думаю, в теннисном туре не так много игроков настолько глубоко задумываются о том, чем еще, кроме тенниса, они хотели бы заниматься. Конечно, у каждого есть свои мысли, но мало кто так упорно ищет себя.

— Здесь играет роль еще и возрастной фактор. Я помню, когда только начинала играть, мы прилетали в Австралию и сразу бежали на корт тренироваться. Сейчас для меня это невозможно, необходимо больше времени на акклиматизацию, нужен отдых после длительного перелета. Интенсивность совсем другая, поэтому ко всему подходишь более профессионально. Это раньше можно было выйти на корт, без разминки поиграть, и все нормально. Со временем уже не можешь себе этого позволить. И это уже совсем другой уровень. На теннис уходит больше времени и, соответственно, на все остальное времени остается меньше. В том числе и на учебу. Теннис — это профессия. И пока ты играешь профессионально, ты не можешь забыть об этом ни на минуту. Ты должен думать о том, когда тебе проснуться, что съесть на завтрак, когда нужно выехать на корты, как размяться, сколько сегодня нужно потренироваться, что нужно сделать для своего восстановления после тренировки, что съесть на ужин, когда лечь, чтобы выспаться... И все это в зависимости от того, когда у тебя матч.

— Вера, и последний вопрос. Теннис — очень индивидуальный вид спорта. Но если на корте ты сама справляешься с ситуацией, то вне корта просто невозможно все делать самостоятельно. Скажи, пожалуйста, а у тебя есть такой человек, чье мнение для тебя очень важно и на которого ты можешь всегда положиться в решении каких-то проблем? Ведь кроме сугубо теннисных вопросов — как сыграть, тебе постоянно приходится принимать сотни решений, начиная от планирования календаря и заканчивая финансовыми вопросами.

— У меня прекрасная команда, на которую я во всем могу положиться, и это здорово, потому что доверие — важнейшая составляющая успеха, когда люди работают вместе. Поэтому я уверенно могу сказать, что в том случае, когда мне нужен совет или помощь, я обращаюсь к членам моей команды.

Юлия БЕЙГЕЛЬЗИМЕР